Запись эфира

Содержание

  1. Johann Fischer - Overture (Suite) In C Major, Op. 1, No. 1: Ouverture
  2. Tame Impala - Lucidity
  3. Beat - Hands Off…She’s Mine
  4. Beatles - I Should Have Known Better
  5. Fountains Of Wayne - Hey Julie
  6. Dave Van Ronk - Duncan And Brady
  7. Brad Mehldau - When It Rains
  8. Cream - What A Bringdown
  9. Richard Thompson - Miss Patsy

Здравствуйте!
Говорят, что важнейшее удовольствие этой жизни - делать других людей счастливыми. А поскольку мне часто приходят от вам письма с просьбой поставить ту или иную музыку, то как же я могу отказать себе в таком удовольствии?

  • Johann Fischer - Overture (Suite) In C Major, Op. 1, No. 1: Ouverture

Вот Виталий (фамилии, разумеется, опущены из соображений безопасности) пишет: «Добрый день, дядя Боря! Я очень люблю, когда в программе Аэростат вы рассказываете о музыкантах, как бы так сказать, приоткрывших занавеску мира, и показавших слушателям скрытый от них до этого мир. Я говорю про тех самых музыкантов, которые вдруг шквальной волной заполонили уши людей во второй половине шестидесятых. Так вот, я считаю, что вам обязательно надо включить в какую-нибудь из программ замечательную современную австралийскую группу близкого толка - Tame Impala. Их музыка видится мне достаточно магической, а тексты достаточно простыми и глубокими, чтобы ребята были достойны освещения в вашей программе. Информации об этой группе я нашёл не очень много, что меня огорчает. Спасибо».

О группе Tame Impala информации на самом деле не так уж много. Их четверо, они из города Перта в Австралии, играют вместе с 2007 года. Их название в переводе значит «Ручная Антилопа»; их первый альбом «Внутриговоритель» вышел в прошлом году и сделал их восходящими звездами мировой психоделической музыки. Через несколько месяцев после выхода первого альбома они признались, что почти закончили второй - вот и все, что можно про них узнать.
Но лучше всяких фактов о них может рассказать их музыка.

  • Tame Impala - Lucidity

Анна пишет: «Здравствуйте! ))) Было бы очень приятно услышать про band «The English Beat» в одной из Ваших передач. Спасибо!»
Аня, и Вам спасибо. К «(Инглиш) Биту» я сам отношусь с придыханием. Они, на мой взгляд, непревзойденные мастера музыки «ска».

Группа The Beat, как они на самом деле называются, организовались в 1978 году, и вместе со Specials, Madness и Selecter составляли авангард феномена «2 Tone», по-британски смело смешавшего ямайские ритмы «ска», «рокстеди» и «реггэ» с панком, «новой волной» и вообще социальным протестом.
Поначалу они были группа как группа; изюминка добавилась, когда к ним, двадцатилетним, присоединился 50-летний ветеран ямайской музыки саксофонист по имени Сакса; для граждан России особую прелесть ситуации придавало то, что этот самый Сакса играл с Битлз, когда они, никому не известные, начинали свою деятельность в ливерпульском клубе «Cavern».
Вообще-то, они называются просто The Beat - но в Америке их называли The English Beat, чтобы не возникло путаницы с одноименной местной группой. Хотя, по-моему, и так не перепутали бы - уж больно несравнимы масштабы; так хороши были The Beat в свой звездный час - который длился пять лет и отлился в три прочных альбома. Итак, дамы и господа: The Beat.

  • Beat - Hands Off…She’s Mine

Гоша пишет: «Первое: не было бы Вам интересно рассказать нам о том что происходит в нашей музыке сейчас? Наверно то, что происходит вне границ СССР качественнее, часто и интереснее, возможно, но ведь не может не быть в своем Отечестве чего-то, чем Вам хотелось бы с нами поделиться… Так поделитесь,пожалуйста!»
Да, поделиться хорошим мне всегда интересно, и как только у меня возникает идея о том, как это сделать, я это делаю - и делал уже немало раз.

Другое дело, что - по самому определению Аэростата - я способен ставить только такие песни, которые очень нравятся мне самому: поэтому и стараюсь вам ставить что-то качественное и радующее душу, на каком бы языке это ни было спето; как говорится, пытаюсь «распространять свет и сладость».
И делаю я это в надежде, что кто-нибудь где-нибудь в далеком городке послушает «Аэростат» и скажет: «Ага! Теперь-то я знаю, как надо» - и вдруг как запоет и запишет что-нибудь свое и сверхъестественно хорошее.

  • Beatles - I Should Have Known Better

И второе из письма Гоши: «а расскажите, пожалуйста, про тщеславие. Вот все что Вы делаете, наверняка, Вам нравится. А ещё все что Вы делаете, точно нравится ещё большому количеству людей. И я возьмусь предположить, что Вам нравится, что всем им (нам) нравится то, что Вы делаете.
Но судя по описанию в Википедии, например, это и есть суть Тщеславия, самого любимого греха Дьявола по его же собственному утверждению устами Аль Пачино из «Адвоката Дьявола». А как же быть? Расскажите, пожалуйста, Ваши мысли про это…»

Вот миловал меня Господь, не довелось мне читать в Википедии про тщеславие; да и что именно говорил Аль Пачино в «Адвокате Дьявола» - не обратил внимания. А знаю я одно: если есть у меня что-то хорошее, то я хочу этим поделиться с другими - и кто бы ни говорил, что это плохо, я не обращу на это никакого внимания.
Потому что не зря говорил Тертуллиан «душа человеческая по своей природе христианка»;, и вот этой самой душе я доверяю больше, чем всем измышлениям человеческим. И чувствую себя прекрасно.

  • Fountains Of Wayne - Hey Julie

«Борис Борисович, Вы по-моему не рассказывали про Dave van Ronk!!!
Best regards! Mitya.»
Совершенно справедливое замечание. А рассказывать про этого человека можно столько, что и в передачу не влезет.

Наполовину ирландец по своему происхождению, он родился в Бруклине, но перебрался жить в Гринич-Вилледж и практически никогда оттуда надолго не выезжал; самолёты он не любил, а водить машину считал ниже своего достоинства. И таким он пользовался уважением у людей, что его называли «Мэр Улицы Макдугал».
Ван Ронк был одной из важнейших фигур в народной музыке 1960-х годов; его называли даже «ходячим музеем блюза» - он начал играть эту музыку одним из первых и играл её по-настоящему, так как играли её сами негры. Но дело не только в его музыкальных успехах - Ван Ронк был своебразным дядюшкой, добрым гением богемного нью-йоркского района Гринич-Вилладж. Он помогал словом, советом и делом многим из начинающих музыкантов, включая Боба Дилана, Джони Митчелл, Бродячего Джека Эллиота, Сюзанн Вегу и многих-многих других.
Ученики его исчислялись тысячами, и его необычно широкий кругозор, надежность и чувство юмора, наверное, во многом сформировало музыку, как мы её знаем.

  • Dave Van Ronk - Duncan And Brady

«Здравствуйте, уважаемый Борис Борисович! Я уже один раз писал Вам по поводу моего любимого направления в музыке. Понимаю, что это направление Вам, возможно, не очень близко. Однако, ещё раз Вас прошу: побольше джаза в «Аэростате»! Возможности этой музыки - воистину неисчерпаемы! Например, в одной из Ваших передач можно, по-моему, рассказать о талантливом трубаче из США Уинтоне Марсалисе. Его записей в моей фонотеке пока не слишком много, и мы с Вами могли бы вместе восполнить этот пробел. Да и слушателям, вероятно, такая тема была бы небезынтересна. Как Вы полагаете?
С превеликим уважением, Ваш горячий поклонник с 1984 года и по сей день М., город Кемерово».

Уважаемый Михаил! С удовольствием поставлю Вам что-нибудь из области джаза, хотя наши с Вами вкусы в этой области безусловно разнятся. Уинтон Марсалис, конечно - прекрасный и техничный трубач, но я сам предпочитаю джаз более далекого от нас периода - 1940-х, 1950-х и самого начала 1960-х. Как считают многие старые джазмены, после этого времени все изменилось настолько, что само понятие «jazz» потеряло всякий смысл.

Однако, джаз все равно существует, только не такой, каким он был тогда. Не рискуя навязывать свои критерии в области, о которой я знаю только понаслышке, поставлю вам то, чем восхищаются сегодня мои знакомые петербуржские джазмены. Вот, например, американский пианист Brad Mehldau.

  • Brad Mehldau - When It Rains

Алексей пишет: «Здравствуйте, Борис Борисович. Большое спасибо Вам за передачу «Аэростат». Благодаря вам я узнал много потрясающих исполнителей. Считаю, что эта передача находится на очень высоком уровне, и в связи с этим меня интересует ряд вопросов.
Как Вы готовитесь к передаче: читаете что-то специально по данной теме или воспроизводите по памяти, пишите ли заранее текст или читаете с ходу? Как происходит сам процесс записи:Вы переслушиваете каждый отрывок речи после того как записали или потом все вместе; работаете над постановкой голоса или предпочитаете, чтобы все было максимально естественно?»
Спасибо за письмо, Алексей. Отвечу по порядку. Каждая передача делается довольно долго - как правило две-три недели; но бывает, что некоторые лежат и вызревают - бывает, что год, а бывает и того больше. Все начинается с озарения: «Боже ж ты мой, как же это я ухитрился вот про это (или про этого или про этих) ещё не сказать ни слова?». Как правило, озарение это случается в самолётах, летящих высоко над облаками - выше слоя обычных человеческих мыслей.
Тут приходится срочно доставать из рюкзака компьютер и пытаться облечь в слова хотя бы некоторые из идей, проносящихся в голове - или с наслаждением прочесывать музыкальные архивы, подбирая приличествующие случаю песни.
Потом будущая передача отстаивается какое-то время, постепенно обрастая недостающими деталями - в это время прокапывается вся литература по данному вопросу - или вдруг вылезают из памяти подходящие места из классиков.

Потом с ужасом понимаешь, что ещё не готовая передача должна быть в эфире на следующей неделе - или что-то вроде этого. Тут наступает период, называемый профессионалами «Штурм унд дранг» - нужно доделать текст любыми средствами за очень ограниченный период времени.
Далее текст попадает в «Отдел Технического Контроля», где дорогие моему сердцу люди, вкусу которых я совершенно доверяю, напоминают мне, что цитата, которую я приписывал Будде Гаутаме, на самом деле принадлежит Венечке Ерофееву, и по-хорошему стоило бы переписать весь текст заново.

Ну а когда все готово, мы встречаемся у нас в студии с Борисом Александровичем Рубекиным - высшей гильдии мастером звукозаписи и редактирования. Он сажает меня перед микрофоном в особую каморку, специально предназначенную для записи голоса, и мы в один прием записываем передачу - а потом он (используя приемы сэмплинга, аутсорсинга и овердрафтинга) из того, что я намычал и набормотал, составляет высокопрофессиональную радиопрограмму.
Самый приятный этап - это расстановка музыки, когда идеи вдруг облекаются плотью, и мы слышим - как после вот этих слов начинает звучать вот эта музыка.
Потом Борис Александрович прочесывает все слова и песни так, чтобы они звучали с надлежащей громкостью и были идеологически выдержаны - на это тоже уходит у него почти целый день - и отсылает передачу на собственно Радио, которое и разносит её по всей земле. За что и Радио, и слушателям, и Борису Александровичу - мой земной поклон.

  • Cream - What A Bringdown

Не в страх и не в осуждение будут мне эти строфы:
Я слышал, в Париже по улицам рыщут антропософы.
Узнать их просто - они одеты в железные вещи;
Манеры у них варварские, слова темны и зловещи.
Подходят ночью компанией; ни бонжур, ни привета -
И через слово ссылаются на мрачных божеств Тибета.

Я слышал о них многое, чего и не скажешь до срока:
Что ими правит дева-прядильщица из Марокко:
Сидит в тамплиерохранилище, во рту у неё котлета,
И многое паранормальное открыто ей через это.
Ведь волю дать - разбежались бы, шагом бы да бегом бы,
А после - ищи свищи, прочесывай катакомбы,
Сваливай на арабов и континентальный климат…
Так и живут - пескоструйно; и сраму вообще не имут.

Когда же каждую пятницу в Париже конфликт интересов
И в небесах разворачивается битва воздушных бесов,
Для них то, как цирк с театром: они выходят из круга,
Обёртываются в простыни и скачут друг через друга.
Я слышал, что в это время их все оставляют в покое,
Потому что тронь одного - и тут начнется такое…
Не зря старожилы молчат про дом на бульваре Османа,
Руины Монмартра и пепел шестнадцатого арондисмана.

  • Richard Thompson - Miss Patsy